Когда Синклер догнал ее, она была вознаграждена коротким «привет!» и его обычной улыбкой.

– Привет, – пропыхтела она в ответ и потрусила дальше без всякой надежды поравняться с молодым человеком. Но усилий не понадобилось. Когда Синклер снова догнал ее, он неожиданно притормозил и побежал рядом.

– Попробуй немного быстрее, – посоветовал он. Незаметно было, чтобы дыхание у него хоть чуть-чуть сбилось.

Роуз с грехом пополам пробежала три изматывающих круга, потом безнадежно махнула руками и тяжело опустилась на обочину дорожки, уронив голову на колени и изо всех сил стараясь восстановить дыхание.

Синклер опустился на корточки рядом. Она подняла к нему потное, покрасневшее лицо и выдохнула:

– Я не в форме.

– Ерунда. Ты ее быстро восстановишь. Хотя, – добавил он, улыбаясь, – у тебя и так хорошая форма.

Девушка поспешно встала на ноги, счастливая, что не может покраснеть еще больше.

– Пора в душ.

– Я рад, что ты не обиделась на мое замечание.

Обиделась? Да она была счастлива! Роуз неуверенно улыбнулась, услышав его шаги за спиной. Не хочет ли он опять проводить ее до дому?

– Я иногда приношу с собой одежду на стадион, когда у меня лекции, и принимаю душ прямо в зале, – проговорил он. – Если ты сделаешь то же самое завтра утром, мы сможем вместе позавтракать в придорожном кафе.

Роуз ощутила прилив радостного возбуждения. Интересно, одобрит ли это Кон? А, неважно! По плану или без плана, Роуз Драйден уже полностью поглощена процессом «приручения» высокого, не заинтересованного в женщинах Джеймса Синклера. Ничто не заставит ее отказаться от него, пока она не добьется успеха или он не скажет ей, что все кончено.

– Если не хочешь, так и скажи, – резко сказал он и повернулся, чтобы уйти.

Роуз улыбнулась.

– Я очень хочу.

– Хорошо, – бросил Синклер, – тогда увидимся утром.

Она летела домой как на крыльях, почти не замечая знакомых, здоровавшихся с ней на улице. Ее наставники были на месте в ожидании подробного отчета.